Совсем недавно закончилась взволновавшая всю страну эпопея с пензенскими сектантами. Люди провели под землей около полугода, причем неблагоприятные условия внешней среды и отсутствие медицинской помощи даже привели к смерти нескольких затворников. В этой связи многие вспомнили об организациях, которые занимались «депрограммированием» сектантов очень жестокими, надо сказать,  методами.

История с затворниками из Пензенской области вызвала широкий общественный резонанс и, разумеется, негативное отношение к сектам как к явлению. Некоторые даже захотели их запретить. Правда, по словам председателя комитета Госдумы по делам общественных объединений и религиозных организаций Сергея Попова, это запрещение невозможно, поскольку «у нас нет такого юридического выражения или понятия как «секта». Он утверждает, что «специалисты до сих пор не могут прийти к общему знаменателю и решить, что же это такое». А значит, участие в деятельности одной из многочисленных и разнообразных организаций, называемых «сектами» само по себе не может быть приравнено к преступлению – если, конечно, последователь какого-нибудь религиозного движения как-либо не нарушил уголовный кодекс.

По словам президента Независимой психиатрической ассоциации России, большинство сектантов страны – вполне нормальные люди, далекие от каких-то экстремальных проявлений религиозности. Он утверждает, что по уровню своего психического здоровья средний сектант не уступает «обычному» россиянину – православному, атеисту или агностику.

 «У них крепкие семьи, полное отсутствие алкоголизма и наркомании, психологический комфорт, возникающий в результате сильно развитой солидарности», — говорит он. Суть в том, что само латинское слово «секта» означает «разделяю», «следую», и ее основное значение – «ответвление какой-либо религии». Много сект в протестантизме, известны греко — и римско-католическая, русская и греко-православная церкви, а уж самих толкований самого православия – попросту не счесть. Мусульмане, как известно, бывают шиитами и суннитами (и это далеко не полный список течений в исламе), иудаизм также разделен на несколько направлений, среди которых, например, – хасиды. И хотя сектами чаще называют новые религиозные движения, на пробу они, как правило,   оказываются «хорошо забытыми старыми» — то есть, осовремененными толкованиями христианства, буддизма или индуизма.

Таким образом, запретить секты, кажется, можно лишь запретив религию – как это сделали в Советском Союзе и других коммунистических странах. Впрочем, там, где бессилен закон, поднимает голову частная инициатива. В семидесятые годы прошлого века на Западе было основано несколько организаций, занимающихся «депрограммированием» населения, прежде всего – молодых приверженцев нетрадиционных вероучений. Молодых людей похищали, а затем пытались научить их «жить как все». Если молодые люди сопротивлялись, им угрожали, лишали сна, читали проповеди и подвергали принудительному психоанализу. В общем, «организации по борьбе с культами» делал то, что приписывают самым страшным тоталитарным сектам.

Подобными делами больше всего прославилась организация CAN — Cult Awareness Network. Недавно она прекратила существование. Однако в Европе и Америке до сих пор действуют организации, в чем-то сходные с CAN — правда, их цели и методы значительно гуманнее. По-видимому, такие организации в России  появятся нескоро, потому что  образ и принципы жизни адептов большинства сект отталкивает людей, даже если они не совершают каких-то безумных поступков или уголовно наказуемых деяний. Однако в большинстве случаев, сектанты – всего лишь люди, попытавшиеся серьезно и глубоко заниматься религией – даже если конкретно их религию выдумали не самые разумные люди в мире.

«Нормальные» православные слишком часто непозволительно мало знают о христианстве, и подчас практически не посещают церковь. Таким образом, они живут, даже не узнав, может ли вера насытить их духовно – ведь чтобы поверить, нужно, как минимум, узнать, во что веришь. Для многих из нас пока не очевидно, что такое религия, и какую пользу она может принести. Поэтому трудно объективно, научно и точно рассуждать о вреде каких-то религиозных течений. Мы не знаем об истине религии, о которой говорил Христос, и в связи с этим пока не можем научиться отделять истинную религию от ложной. И именно поэтому на Земле все еще продолжают существовать секты.

Правда